Defence against mourning, and forms of regeneration
27 October
Машины. Люди. Забавные истории. Сумбурная жестикуляция. Поникшие головы. Груды исписанных, изживших себя листков. Выщербленные колонны. Туманные пустоши. Сизая дымка над рекой. Люди. Машины. Междоусобные войны, поглотившие нас. Почти ноябрь.
Гранитный постамент, помнящий прикосновение шероховатой подошвы ботинок. И память, сквозящая в каждом движении неба и солнца. Ведь, в сущности, рассвет и закат крайне педантичны в исполнении своих обязанностей. Едва касаюсь желтоватых страниц новой тетради: ей предстоит еще так много впитать в себя - пускай и не в виде черновых пометок. Запах. И память, снова память, огромная бездна идей и мыслей, побед и поражений.
0
21 October

Ах, есть в этом что-то непокрытое от самого дьявола. И ведь романтики этой истории катастрофически недостает. Я же задыхаюсь от копоти, пока где-то в крематории превращается в пепел идей мой идиллический мираж тех нескольких лет из жизни. И, увы, птицей-фениксом он не поднимется, не взмахнет огненным крылом.

0
4 October

descriptionary

0

«

He is outside of everything, and alien everywhere. He is an aesthetic solitary. His beautiful, light imagination is the wing that on the autumn evening just brushes the dusky window»
— Garden Digest
0
16 September
Сумерки в новой жизни. Цикады с их звонким "ц"; классическая перспектива, где не хватает танка либо -- сырого тумана в ее конце; голый паркет, никогда не осязавший танго.
В новой жизни мгновенью не говорят "постой": остановившись, оно быстро идет насмарку. Да и глянца в чертах твоих хватит уже, чтоб с той их стороны черкнуть "привет" и приклеить марку.
Облако в новой жизни лучше, чем солнце. Дождь, будучи непрерывен -- вроде самопознанья. В свою очередь, поезд, которого ты не ждешь на перроне в плаще, приходит без опозданья.

Песчаный странник я.
0
5 July
Свыклась с юзэр нэймом и совсем забыла о том, что когда-то позаимствовала его у своего идола. Остается только надеяться и еще тридцать раз надеяться, что она не держит на меня обид, мелочных как и старые ссоры, которые я нахожу на задворках своей памяти. В детстве мы частенько ссорились из-за пустяков, которые вспоминать, признаться, стыдно. Неподалеку, в заброшенном замке, увенчанном золотой надписью "дорогие воспоминания", сохраню чувство бесконечной тоски; бесконечной, как маршрут Тихоокеанского хребта в неправильно выбранный сезон - артикул об этом я читала неделю назад. Хотелось бы набраться смелости. И ведь не случайно упоминаю это место - говорят, длинные пешие маршруты спасают от прокрастинации и заставляют в высшей мере ценить то, что осталось для нас.
Я писала, неровно царапая стержнем поперек листка в мелкую клетку, несколько самозабвенных строк и горячо пережитых радостей. Мне до чертиков нравились происшествия, которые заставляют испытать крайние эмоции. Я осознаю со всей тяжестью, что тоскую и буду тосковать по таким вещам, пока корабль времени не вздернет на абордаж еще сгусток перепетий.
Звезда твоего имени негасимо сверкает на горизонте времен. Тусклая, найти ее среди многоцветных впечатлений стоит труда и усилий.Но ее острые края сопровождают вращение болезненными царапинами. "Усни," - прошу ее я в каждом сновидении. Но она улыбается исподлобья, молчит, скрывает.
Появилась возможность рассматривать фотокарточки у письменного стола. Один певец - у него бархатный голос и пронзительные глаза. Снова заменяю слово "лет" на слово "циклов" в голове. Снова оставляю несколько незаконченных мыслей, недопитый чай, удачно превратившийся в лимонад вследствие избытка мяты и долек лимона и бесчисленные недочитанные книги с третьей полки зарубежных классиков. Июль.
0
12 April
апрель
Крепкое рукопожатие. Почему-то все новые люди, знакомство с которыми мне ранее доводилось совершать, норовили ускользнуть от ладони, несмело сжимая только ее кончик, словно боясь, что ты сейчас же рассыплешься горячими осколками от их прикосновения. Осточертело, ничего более.
0
21 March
несколько месяцев спустя
Это был слишком тихий вечер для наступившей поры года. Озорные огоньки уже начинают проступать в глазах любого, вероятно, но только очнувшиеся ото сна мухи летают еще совсем вяло. Юные биологи уже вовсю прячут между страницами толстых романов первые полевые цветы, мечтая об ароматных весенних гербариях.
Сажусь на широкие ступеньки крыльца, открываю узкий спичечный коробок. Нет, у меня не было вредной привычки, а разводить костры в лесу я считала ужасным преступлением, посему к нерадивым любителям пикников относилась с укоризной и раздражением. Из коробка же на мою руку медленно выползает огромный коричневый жук, расправляя сложенные крылышки, - и тут же со стуком падает на полусгнившее дерево, рядом. Однако в ту же минуту, сметая сухие травинки и труху, существо с грохотом улетает куда-то ввысь, к кристальной голубизне неба. Мои мысли как раз возвращаются оттуда, из маленького ежевечернего путешествия. Забросить их на самое высокое облако было непременно лучшим решением, ибо заснуть с катастрофической сумятицей в голове не представляется возможным. Ведь вблизи моего дома нет моря, я не купаюсь вечером, сбрасывая лишние килограммы и эмоции; не курю на окне, наблюдая за закатывающимся солнечным диском, пропуская его последние лучи в колечки дыма; я не пью кофе, пока ночное небо багровеет, поддавшись колдовству рассвета.
Я только, знаешь, читатель, изредка хожу на речную пристань, забрасываю на плечо лямку истрепанного рюкзака, в котором обычно лежит мой доисторический плеер и тетрадь в толстой обложке: та самая, где на последней странице кем-то неловко выведено несколько небрежных строчек на прощание.
Небо благосклонно ко мне: редкие клочки белого волокна перемещаются с места на место, а солнце не пытается сотворить что-то ужасное с жителями матери-Земли. Я встаю и, стряхнув крошки незамысловатого завтрака - каждый день он имеет относительно одинаковый состав, - оглядываюсь в поисках ручки. Почему-то мои принадлежности для письма норовят заканчиваться в самых интересных местах. В прошлый раз я так и не успела записать одну остроумную цитату, над которой хохотала вечер напролет, - она осталась затоптанной на той узкой лесной тропинке, где придорожный кустарник слыхал не одну мелодичную поступь.
Люди, как я, имеют обыкновение уделять любви необъятные пространства на просторах океана своих дневников, пересечения тетрадных листков, которые, вместе с пережитками прошлого, рано или поздно оказываются в мусорной корзине. Я редко говорю об этом. Да и подобная констатация факта не значит ровным счетом ничего - особенно упомянув тот факт, что вытянуть из моих уст максимально однозначные утверждения стоило множества попыток.
Вот и сейчас, вышагивая ярды по проселку, я ничего не могу собрать в целостную конструкцию. Мое сознание уже крепко обосновалось между двух миров. Каким же чертовски наивным человеком я являюсь! Полна искусно вылепленных иллюзий, которые, как восточные ковры, скрывают потрескавшуюся штукатурку. Да неужели вскоре обнаружиться, что за этим светлым лицом - пекло разврата? Да неужели эти светлые глаза имеют опыт грязного обольщения, давно тая в себе отголоски предательски хитрого огня? Неужели этот светлый ум давно искушен омерзительными удовольствиями, а эта душа давно томится легкодоступными наслаждениями?

Прижимаясь лбом к прохладному стеклу, я глубоко вдыхаю свежий весенний воздух. Самым малодушным поступком было бы предательски сбежать, пока еще ветер несет огонь с соседнего пепелища в противоположную сторону. Но, говоря откровенно, ищу ли я этот путь? А если так, то вернусь ли к этим уязвимым скалам времени, которое через мгновение станет давно прошедшим? Как же они мне дороги! Чертовски дороги. Верите?
0
15 March
Tim Myers - Hills To Clumb
Томить себя сожалениями и вопросами "А что если?.." - дело пропащее. Кто, если не ты?
Терпкая свежесть раннего утра впивается тысячей иголок в незащищенную кожу. Месяц Март. Утомленная борьбой зима наконец сдалась, потеряв остатки сил. Полная Луна, застывшая в дымке, словно красуясь на витрине эпатажной ювелирной мастерской, сменилась молодым Месяцем. Тысячный раз оглядываешься, замираешь на месте с кротким восторгом. Багровое зарево на востоке светлеет, становясь нежно-розовым. Краем уха, кажется, слышишь, как вздохнула земля, пробудившись от многодневного сна, сбросив оковы оцепенения. И наши души, как загнанные в золотые клетки южные птицы - мгновение, - и серебристым прахом осыпаются щеколды. Юные всходы устремляются к восточному небу, к солнцу, к свободе. Жизнь! Вот она, жизнь! Оставим лежащим на земле, во влажной пыли, нелепое чувство страха. Сохранить бы себя сегодняшнего, обогреть бы, задержать в маленьком сердечке первый и самый прекрасный солнечный луч. И пусть Земля не захочет существовать безбедно, это маленькое напоминание о том, что все ныне постижимое - еще один драгоценный шанс найти.
Что есть время жить, если не весна, приятель?
0
13 February
13.02, пятница
Гляжу на небо. Несмотря на то, что но серое и облачное, по привычке слезятся глаза и неприятно щекочет в носу. Кротко улыбаюсь проступающей кое-где голубизне. Нежной-нежной. И уже мысленно воспаряю вверх, к солнечным дням с хрустящим под ногами снегом, к морозному оцепенению пальцев.
Хлопья запоздалого снега оседают на ресницах, однако небо словно разверзлось - чистое, голубое пятнышко, в обрамлении пушистых пыльных облаков, маленький портал прямо над моей головой.
В моем городе так и не случилось настоящей зимы. Когда здания с первым утренним вздохом превращаются в большие теплые свертки, поспешно окутывая замерзшую тебя мягкой темнотой из-за угла. С приходом которой всепоглощающая любовь выбирается из кокона сомнений, владея телом, не знавшим защиты от такого противника.
0
10 January
Святая Тишина.
0
17 November

«

потом я вытащила карту для тебя и это опять была "Башня". две "Башни" подряд, одна за другой. какое невероятное совпадение. это самая сильная карта. если башня рухнет, после она не станет прежней. Старое будет снесено, чтобы дать место Новому.»
— .
0